В преддверии Великого поста православный народ на целую неделю предавался бесшабашному веселью и чревоугодию. Это был самый разгульный и хмельной праздник. Его отмечали и верующие, и неверующие. Масленица пришлась по душе русскому народу, любящему широту во всем: работать - так до седьмого пота, гулять - так на всю катушку. Потому и Масленицу на Руси величают широкой. В 1998 году она проходит с 23 февраля по 1 марта.
Сырная седмица
Буйное веселье, с которым народ отмечает Масленицу, недвусмысленно указывает на языческие корни праздника. Это - проводы зимы, встреча весны и лета. В античном мире на этом природном рубеже устраивались греческие вакханалии и римские сатурналии. Со временем они превратились в Европе в веселые карнавалы, а на Руси - в праздник Масленицы, отмечаемый целую неделю.
Каждый день ее носит особое название:
понедельник - встреча, вторник - заигрыш, среда - лакомка, четверг - широкий, пятница - тещины вечерки, суббота - золовкины посиделки, воскресенье - прощеный день. В понедельник встречали Масленицу. Ее изображала соломенная кукла, наряженная в кафтан и шапку, подпоясанная кушаком, обутая в лапти. Ее возили на санках по деревне, а затем - в гору, приговаривая: «Приезжай ко мне, Масленица, в гости на широк двор на горах покататься, в блинах поваляться, сердцем потешиться. Приезжай ко мне во тесовый дом душой потешиться, умом повеселиться, речью насладиться». Когда салазки добирались до вершины горы, дети с криком разносили радостную весть: «Масленица приехала! Масленица приехала!» Во вторник начинались игры. Парни приглашали девушек покататься с ледяных горок, угощались блинами. Завязывались знакомства; если они оказывались удачными, то молодежь долго не тянула - после Пасхи играла свадьбы. В среду тещи приглашали любимых зятьев и всех родственников полакомиться блинами. На следующий день гуляли на всю катушку. В пятницу наступала очередь зятьев угощать блинами тещ. А в субботу невестки приглашали к себе в гости золовок.
В последний день праздника «Масленицу, Великую Боярыню», провожали. Проводы сопровождались разными веселыми обрядами. Обычно соломенную куклу, изображавшую Масленицу в понедельник, торжественно сжигали на костре, приговаривая:
«Полно, зимушка, зимовать, весна идет!» Затем пепел развеивали по полю, чтобы собрать осенью богатый урожай. В некоторых местностях вместо куклы сжигали колесо, расписанное изображениями «темной силы», или втыкали в землю шесты с нанизанными на них пучками соломы и тоже поджигали.
Последний день праздника - Прощеное воскресенье - назван так потому, что в этот день принято просить прощения друг у друга, чтобы встретить Великий пост с чистой душой и совестью. Испросив прощение, скрепляли дружбу поцелуем. Православная церковь не одобряет масленичного разгула.
Эта неделя, носящая название сырной седмицы, по церковным канонам должна приуготовлять верующих к Великому посту. Отказ от скоромной пищи происходит постепенно: в сырную седмицу уже нельзя есть мясные блюда, но не возбраняется молоко, сыр, яйца, сливочное масло. Отсюда и произошли названия праздника. Чревоугодие, как всякое излишество, порицается церковью. Готовясь к Великому посту, надо смирять греховные помыслы, обуздывать страсти, думать о бессмертной душе, о вечном.
Государев выход
Во времена Московской Руси Масленицу справляли торжественно и с большим размахом. Сам государь присутствовал на главных церемониях. Все начиналось в воскресенье, предшествующее масленой неделе. С раннего утра царь со своей многочисленной свитой отправлялся подавать милостыню. Он посещал тюрьмы, богадельни, сиротские дома, щедро наделяя своей милостью всех несчастных и обездоленных. Этот царский выход в народ именовался малым. Затем наступал черед большого выхода - в Кремлевские соборы. В сопровождении патриарха государь шел на службу в Успенский собор. Отстояв заутреню, он выходил на площадь перед собором, где разыгрывалось целое представление - «действо Страшного суда». Здесь уже заранее были сооружены два удобных места - государево и патриаршее. Напротив патриаршего места стоял помост, обшитый красным сукном. Его называли «рундук». На рундуке помещалась большая икона с изображением Страшного суда и аналой под Евангелие и икону Божией Матери. Здесь же был приготовлен стол для освящения воды. Выход царя с патриархом сопровождался крестным ходом под звон колоколов всех московских церквей. Посмотреть батюшку-царя, а заодно и театрализованное представление стекались толпы народу. Как драгоценность берегли люди святую воду, освященную самим патриархом. Со второй половины масленой недели в царских покоях начинались прощеные дни. Государь объезжал не только городские, но и подмосковные монастыри, везде жаловал щедрые подарки богомольцам, «прощался» с монастырской братией (то есть просил прощения у монахов за большие и малые обиды), поминал родителей. В пятницу царь точно так же «прощался» с царицею, а в воскресенье в его покои приходили патриарх, бояре и служилые люди, били челом, просили прощения. Воскресным вечером царь наносил ответный визит патриарху, где после знатного обеда пились «прощальные чаши». Последние монаршие милости традиционно оказывались в первый день Великого поста. В этот день царю докладывали об узниках тюрем и колодниках, которые уже много лет сидят. Выслушав их вины и сочтя понесенное наказание достаточным, царь кое-кого отпускал на свободу.
Увеселения устроил царь
В XVIII веке на Масленицу в Москве произошли три грандиозных царственных увеселения. Первое устроил в 1722 году Петр после заключения Ништадтского мира. В четвертый день Масленицы по сигналу, данному ракетой, из Всехсвятского села через Тверские ворота прямо в Кремль двинулся потешный поезд, состоявший из множества морских судов, поставленных на сани. В сани были запряжены не только лошади, но и другие звери. Например, князь Ромодановский с княжеской короной на голове восседал в лодке, которую везли два живых медведя. Флот возглавлялся Нептуном, стоявшим с трезубцем в руках в колеснице, в которую были запряжены две сирены. Сам государь в мундире флотского капитана ехал со своими генералами и адмиралами на огромном трехмачтовом 18-пушечном корабле. Этого гиганта тянули по снежной дороге 16 лошадей. За фрегатом следовала венецианская гондола с государыней Екатериной, наряженной пастушкой. Сопровождавшие ее дамы были одеты в аравийские одежды. В длинных и широких санях, сделанных наподобие драконовой пасти, сидели придворные шуты, наряженные разными птицами и зверями. Шествие продолжалось до позднего вечера и было встречено в Кремле фейерверком и пушечными выстрелами.
Дщерь Петрова - императрица Елизавета I, устроила грандиозное празднование Масленицы в селе Покровском. После нее Екатерина Великая провела веселый народный маскарад в 1763 году, вскоре после своей коронации. Это празднество было подробно описано в книге «Торжествующая Минерва». Программу его составил первый русский актер Федор Григорьевич Волков, лично распоряжавшийся маскарадом. Театрализованное действо было разделено на девять отделений, в которых в аллегорической форме бичевались разные пороки и восславлялся золотой век. Стихи для представления написал придворный поэт Александр Петрович Сумароков.
Народные игрища
Вероятно, всем, кто не равнодушен к искусству, известна картина В.И.Сурикова «Взятие снежного городка»: русский молодец на лихом коне под восторженные крики парней и девушек на всем скаку таранит стену снежной крепости. Такая забава была широко распространена на Масленицу в прошлом веке в Сибири. Чтобы сокрушить прочные снежные стены, схваченные добрым морозцем, от игроков требовались сила, отвага, умение владеть конем, немалое мужество. Можно было запросто вылететь из седла, в кровь разбить лицо и нос, а то и поломать кости. Зато покоритель снежной крепости становился настоящим героем: каждая девушка мечтала о таком парне. Снежный городок, сооружаемый на Масленицу, символизировал последний оплот зимы, а его крушение означало победу весны и лета. Вместо игр с осадой и защитой снежной крепости часто устраивалась обычная молодецкая потеха - кулачные бои «стенка на стенку». Команды подбирались задолго до дня сражения. Бои проходили в чистом поле, на замерзших реках, на городских площадях. Их воспевали в былинах и народных песнях. Многочисленные зрители подбадривали своих земляков, а то и сами вступали в схватку. Годами выработанные правила позволяли избегать серьезных увечий, но синяки под глазами, выбитые зубы и даже сломанные ребра были отнюдь не редким явлением.
Забавы девушек были более спокойными, но не менее веселыми. Повсюду, на городских бульварах и деревенских площадях, сооружались взлетавшие до небес качели. От рассвета до заката им не приходилось простаивать ни минуты - одна пара сменяла на качелях другую. Не были забыты ни игра в снежки, ни катания с горки. Даже старики не стеснялись повеселиться, покататься на саночках. На старинных открытках часто можно видеть захмелевшего мужика, спускающегося на санках с горы и крепко прижимающего к груди большую бутыль сивухи. Не обходилась Масленица и без ряженых. Часто они впрягались в сани вместо лошадей и весело бегали по деревенским улицам.
Еще любил народ устраивать санные поезда. Под песни, веселые крики, игру на гармошке и балалайке вихрем неслись друг за другом по улицам сани, в которых всегда находилось место и для штофа «государева вина», и для «блинного ящика».
Перед Масленицей игрались последние свадьбы - начиная с недели мясопустной и в течение всего Великого поста совершать обряд венчания церковь запрещала. Всю сырную неделю друзья и знакомые ходили к новобрачным в гости, чествовали молодоженов.
К теще на блины
Кого ни спроси, что такое Масленица, ответят - блины. Без блинов это был бы уже совсем другой праздник. Круглый, как солнце, такой же золотистый и обжигающе горячий, аппетитный и румяный блин всю неделю занимал главное место на столах и у богатых, и у простого люда. Печь блины готовились с понедельника. Первый блин полагалось отдавать нищим на помин усопших. В некоторых местностях его оставляли на чердаке, около слухового окошка, чтобы души умерших родственников тоже отведали праздничной еды, когда невидимо посетят свой дом. Хоть и просты на вид блины, но приготовить хорошую опару - целое кулинарное искусство. Не обходилось здесь без примет и заговоров. Первую опару полагалось готовить втайне от домашних. За чистой водой ходили старшие в семье женщины на речку или к колодцу вечером, когда на небе появлялись первые звезды. Опару ставили на снег и обращались за помощью к месяцу: «Месяц, месяц, золотые рожки, выгляни в окошко, подуй на опару». Кто не забудет так сделать - у того выйдут не блины, а объеденье: белые, воздушные, лакомые. Чтобы все ладилось в хозяйстве молодоженов, теще полагалось обучить свою дочку искусству печения блинов. Зять должен был не забыть пригласить тещу для этого дела. Такое приглашение было очень почетным, и званая теща гордилась оказанным уважением. Пренебрежение этим обычаем запросто могло на веки вечные рассорить зятя и тещу. Еще с вечера званая теща присылала в дом новобрачных кухонную утварь, необходимую для печения блинов, а тесть - мешок гречневой муки и сливочное масло. Только в богатых домах тесто для блинов замешивали на белоснежной пшеничной муке. Настоящие же народные блины пеклись во всю сковороду либо из одной гречневой муки, либо из смеси гречневой с пшеничной. Толстые маленькие блины из пшеничного теста в народе называли оладьями. В среду на сырной неделе теща сама звала зятя к себе на блины. Хорошая хозяйка угощала гостей на славу. Не зря среду именовали «лакомкой», а в песнях распевали о том, «как зять тещу хвалил, за угощенье ей спасибо говорил». Целую неделю на Масленицу ходили друг к другу в гости, съедали горы блинов - с маслом, со сметаной, с икрой, красной рыбой, с грибами, с медом. Запивали пенным пивом, хмельным вином, забористой водочкой. На угощение не скупились - даже говорили: «Последнюю юбчонку с себя продай, а Масленицу отгуляй».
Но у любого праздника есть конец. Сразу же на память приходит другая народная поговорка: «Не все коту Масленица - будет и Великий пост». Начало Великого поста сразу же отодвигало в прошлое и веселые игры, и чревоугодие. Хватит, напраздновались, пора подумать и об ином - о своей бессмертной душе, о вечном...
Виктор Ермаков